Автор: Моше Фейглин
Итак, Фельдштейн — как утверждают левые — получал деньги от Катара.
А «Пятое измерение» Ганца — как утверждают правые — передало Катару все персональные данные всех граждан Израиля.
А Нетаньягу — как утверждают левые — переправлял чемоданы с наличными из Катара — ХАМАСу. А Беннет и Лапид — как утверждают правые — делали ровно то же самое…
Борьба между левыми и правыми вращается вовсе не вокруг вопроса, кто именно залез в зловонное болото с катарцами и ХАМАСом, а вокруг того, кто сумеет взобраться на голову другого, чтобы выбраться из этого болота — то есть, кто сумеет создать более широкую общественную повестку из катарской вони, прилипшей к его сопернику, и заставить общество забыть о катарской грязи, прилипшей и к нему самому.
11, 12 и 13 каналы обсуждают Фельдштейна.
14 и 15 — обсуждают главного военного прокурора.
И все довольны…
Очевидно, что в этой игре левые сильнее правых. Безумная история с «Пятым измерением» Ганца была похоронена и забыта; туда же уходит и скандал вокруг создания и слива военной прокуроршей сфальсифицированного видео, очерняющего наших солдат.
А вот дело Фельдштейна — оно и только оно — превращается сейчас в национальный спорт.
И левым, и правым правда уже перестала быть интересной. Единственное, что их интересует, — насколько эффективно её можно использовать как дубину против другой стороны.
А как же национальный интерес? Извлечение уроков? Предотвращение следующей резни?
Это перестало нас волновать. Мы вернулись к 6 октября — и следующий 7 октября, который уже маячит на горизонте, принят всеми как роковая неизбежность, с которой ничего нельзя сделать.
Так как же из этого выбраться? Чтобы выбраться, нужно понять, как мы сюда попали.
Тридцать лет назад левые решили превратить конфликт из религиозного — в территориальный. Они думали: признаем жителей Газы народом, отдадим им нашу землю и смажем весь процесс большим количеством денег. Как мы превратили самих себя, евреев, в гражданскую и либеральную нацию, так и с ними это произойдёт, когда они почуют запах богатства.
Там, в Осло, когда Израиль признал «палестинский народ», мы потеряли самое дорогое — мы потеряли чувство нашей правоты.
«Соглашение в Осло не было нацелено на мир, — объяснял архитектор соглашений доктор Рон Пундак, — это было направлено на исраилизацию государства вместо его иудаизации».
Мы отказались от своей правоты ради превращения Израиля из еврейского государства в государство всех граждан.
Но «палестинский народ», который мы изобрели, отказался становиться гражданским и светским — он начал взрывать автобусы с ресторанами.
В 1996 году, на волне протеста против «соглашений Осло», Нетаньягу был впервые избран. Но у него (как и у его предшественников справа) не было никакого альтернативного видения кроме «Осло». И потому вместо того, чтобы отменить это проклятое соглашение и вернуть себе чувство справедливости нашего дела (это наша земля), он обнял Арафата. Поставил «правую» печать под «Осло». Он решил, что сможет маневрировать внутри пространства лжи, превратившего Газу и всё сердце библейской земли в землю, принадлежащую другому «народу». Помните его слова: «Дадут — получат, не дадут — не получат» ?
Так это продолжалось тридцать лет. Раз за разом реальность взрывалась в лицо народу Израиля, но его лидеры — и справа, и слева — продолжали обслуживать иллюзию.
Катарские деньги были всего лишь ещё одной попыткой Нетаньягу поддерживать ложь «Осло», принесённую нам левыми. Без этих денег в Газе не было бы зарплат, Газа взорвалась бы против нас, а Нетаньягу всего лишь пытался продолжать поддерживать «концепцию Осло», принесённую нам левыми.
Смешно, что левые используют упрямство Нетаньягу в поддержании их же мечты о гражданском государстве, чтобы попытаться его свалить. Будь у них хоть капля порядочности, они должны были бы его за это поблагодарить.
Так мы завязли — правые, левые, генералы всех мастей и коррумпированные приближённые — в катарском болоте, превратившимся в рог изобилия для каждого, кто способен продать им что-нибудь из нашей безопасности.
Как из этого выйти?
Отменить «соглашения Осло» и отправить всех — всех до единого — по домам. Каждый, кто хоть как-то замарался в грязи этого болота должен исчезнуть из ландшафта нашей политической жизни.
Перевод Макса Каца
ФБ Моше Фейглина, 12.2025
Иллюстрация: СТМЭГИ
Премьер-министр Катара назвал «Катаргейт» «пиар-кампанией Израиля» и «журналистской пропагандой»
https://gazeta.rjews.net/2026/feigl637.php
***********************************************************************************************************************
«Катаргейт» — трюк для раскола коалиции.
Автор: Шломо Фильбер
Эффективность кампании «Катаргейт» среди правого электората и избирателей Нетаниягу (на основе событий декабря 2025 — января 2026 и политической динамики последних лет в Израиле)
Ниже представлен исследовательский анализ того, насколько кампания «Катаргейт» способна повлиять именно на целевую аудиторию правого лагеря и сторонников Биньямина Нетаниягу.
1. Стратегический фон: переход от «общего мессииджа» к «безопасностно-ценностному» дискурсу
Дело «Катаргейт» знаменует собой поворот в тактике противников Нетаниягу. В отличие от предыдущих кампаний — таких как «демократия в опасности» или дела 1000–4000, — которые были сосредоточены на либеральных ценностях и «чистоте власти» (темах, воспринимаемых правым электоратом как судебное преследование), нынешняя кампания атакует Нетаниягу на его собственном поле.
Речь идёт о самом чувствительном для его избирателей наборе тем: безопасности Израиля, национальной лояльности и борьбе с терроризмом.
Ключевые элементы кампании:
Фрейминг: вместо разговоров о «коррупции» используется терминология «измены» — слово, публично применённое Нафтали Беннетом.
Фигуры: выдвижение Беннета в качестве центрального спикера призвано лишить критику ярлыка «левизны».
Содержание: утверждения о проникновении интересов враждебного государства — Катара — в самую сердцевину канцелярии премьер-министра, причём в период войны.
2. Анализ эффективности: способен ли этот подход действительно сдвинуть электоральную стрелку?
Сильные стороны — почему это может сработать
Подрыв образа «господина Безопасность».
Для правого избирателя сообщение о том, что канцелярия премьер-министра якобы служила каналом для катарских месседжей (в том числе с подрывом отношений с Египтом), гораздо болезненнее и разрушительнее, чем разговоры о сигарах или подводных лодках. Это удар по самой сердцевине правой политической идентичности.
Использование правой терминологии.
Понятия вроде «измена», «агенты» и «финансирование террора» глубоко резонируют среди сторонников «Ликуда» и религиозного сионизма.
Когда эти слова адресуются Нетаниягу, возникает сильный когнитивный диссонанс. Предвыборный тайминг.
Кампания разворачивается примерно за год до выборов (конец 2026 года) — в период, когда так называемый «мягкий правый» электорат начинает присматриваться к альтернативам и искать оправдание возможному переходу.
Слабые стороны — почему кампания может провалиться
Эффект сплочения и оборонительной реакции.
После трёх лет интенсивных и, по мнению сторонников Нетаниягу, финансируемых протестов, его базовый электорат выработал иммунитет к атакам извне. Любая новая кампания автоматически интерпретируется как часть всё того же протестного «инженеринга сознания».
Кризис доверия к правоохранительным органам.
Согласно имеющимся данным, доверие правого электората к ШАБАКу и прокуратуре находится на историческом минимуме. Поэтому тот факт, что именно эти структуры расследуют «Катаргейт», лишь укрепляет ощущение «безопасностного шитья дела», а не беспристрастного расследования.
Эффект усталости от скандалов.
Израильское общество перенасыщено «потрясающими разоблачениями». Без однозначного «дымящегося пистолета», напрямую связывающего самого Нетаниягу (а не только его советников) с обвинениями, удерживать общественное внимание длительное время будет крайне трудно.
3. Потенциал влияния по ключевым электоральным сегментам
Жёсткое ядро сторонников (Base) — Вероятность влияния: практически нулевая
Эта группа воспримет происходящее как очередную попытку «переворота» со стороны левых и их союзников в силовых структурах.
«Мягкий правый» электорат / колеблющиеся — Вероятность влияния: средняя — высокая
Именно эти избиратели часто ищут «безопасностное оправдание», позволяющее покинуть «Ликуд» без ощущения, что они «перешли на другую сторону».
Умеренная часть религиозного сионизма — Вероятность влияния: средняя
Заявления Беннета об «измене солдатам» попадают в крайне чувствительную точку, особенно среди родителей военнослужащих в этом секторе.
4. Итоги и выводы исследования
Текущая кампания — самая изощрённая на сегодняшний день попытка расколоть коалицию Нетаниягу изнутри. Её главная уязвимость — личности спонсоров и спикеров: если общественность воспримет уличную агитацию как прямое продолжение «протестов Каплан», эффективность кампании среди правого электората рухнет до нуля.
И всё же, если дело продолжит приносить фактические разоблачения — будь то прямые катарские деньги или доказанный ущерб безопасности наших сил, — «Катаргейт» может стать той самой последней соломинкой для десятков тысяч правых избирателей, убеждённых, что Нетаниягу утратил свой стратегический компас в вопросах безопасности. Ключ к успеху кампании лежит не в билбордах, а в умении превратить «Катаргейт» из юридически-технического дела в морально-национальный вопрос.
Если Беннету удастся утвердить себя в образе «чистой» правой альтернативы, кампания достигнет своей цели.
Перевод А.Непомнящего
